Теория авторитетов, или как мы приходим к Богу
Вся жизнь человека — это цепочка авторитетов. На каждого из них он ориентируется, у каждого учится, каждому в какой-то момент хочет подражать. Потом, часто с удивлением, замечает его недостатки, ошибки, слабости — и разочаровывается.
Ребёнку даны естественные авторитеты — родители. Позже ими становятся старший брат или сестра, «хулиган» во дворе, учитель в школе, профессор в университете. Книги и кино дают своих героев, писателей, актёров. Если повезёт, авторитетом может стать друг. В собственной семье — супруг или, реже, супруга. На работе — начальник или признанный эксперт. В Церкви — священник.
С возрастом, особенно в зрелости, разочарования наступают всё чаще. И однажды может наступить критический момент, когда внешнего авторитета вообще не остаётся.
Тогда, как мне кажется, открываются два пути. Предпоследний авторитет для человека — это он сам. А если уверенности в собственных силах уже нет или её никогда по-настоящему не было, остаётся последний, высший и недостижимый авторитет — Бог.
Иногда авторитетов бывает несколько, и у каждого — свой срок существования. Но обычно всё-таки есть один доминирующий. В религиозных семьях Бог появляется как авторитет рано, хотя иногда сначала как второстепенный. Но к концу жизни, возможно, именно Он один и остаётся.
Моя собственная цепочка выглядела примерно так.
Мать — первый авторитет, но и первое раннее разочарование. Отец — долго, даже после смерти, почти кумир: сын назван его именем. Старший брат — пока не сел в тюрьму. Школьный учитель физики привил мне любовь к наукам, но перестал быть авторитетом после окончания школы. Университет дал ещё пару авторитетов; последний руководил моей кандидатской. После защиты глаза мои прояснились — и разочарование стало неизбежным.
С авторитетами становилось всё труднее. Как хотелось иметь друзей-авторитетов! Иногда казалось, что такие есть. Но после более близкого общения, после разговоров, застолий, пьянок с ними довольно быстро наступало разочарование.
Оставались книги. Но уже не столько герои в них, сколько сами писатели: Стругацкие, Лем. Однако после перечитывания, а особенно после собственных попыток писать, и они начали блекнуть.
И вот тут пришло понимание: ты сам для себя — едва ли не единственный оставшийся авторитет.
Хорошо это или плохо? Скорее трудно. И поначалу даже интересно.
В этот период начинаешь замечать, что сам становишься авторитетом для других. Сначала — для дочери. Позже — для сына, хотя, похоже, ненадолго: он, кажется, тоже во мне разочаровывается, что вполне естественно и как раз соответствует излагаемой здесь теории. Потом появляются ученики, читатели и слушатели моих статей и презентаций, некоторые подчинённые и коллеги на работе.
Им, возможно, лучше, чем мне. Отсутствие авторитетов сродни одиночеству, а одиночество мало кому нравится. Но и наши почитатели постепенно разочаровываются в нас. Кроме, конечно, собаки.
Похожее происходит со мной и сейчас. Пока держусь и в своих силах уверен. Но наверняка когда-нибудь — надеюсь, не скоро — я разочаруюсь и в себе.
И тогда, возможно, мне останется только обратиться к Богу как к высшему и последнему авторитету.
Желаю вам побольше авторитетов.
No comments:
Post a Comment